Иностранными цветными упаковками лекарств пестрят витрины аптек. Отечественные уступают им и по яркости, и по ценам, и часто - по эффективности. Почему мы без боя уступили свой рынок зарубежным производителям лекарств и можно ли наладить выпуск своих дешевых, но хороших препаратов? Обозреватель "Известий" Татьяна Батенёва продолжает расследование, начатое публикацией "Чем лечить "жлобство аптек"?" 21 мая с.г.

Как рушилась империя?

Отечественная фарминдустрия создавалась в советское время с размахом - на все страны социалистического содружества. СССР досталось, главным образом, производство масштабное, вредное и дурно пахнущее - субстанции, антибиотики, наполнители. Чистенькое и прибыльное получили братья по СЭВ - изготовление готовых форм, маленькие и ничем не пахнущие заводы, хорошая полиграфия для печати упаковок, спецтранспорт.

После развала СЭВ от нашего фармрынка отпал здоровенный кусок. После распада СССР - еще один немалый. Наши фармпредприятия не знали, куда девать свои субстанции, "зеленые" рвали их на части за экологию, государственная система распределения лекарств, закупок и т.п. умерла в конвульсиях. Госзаводы криком кричали: "Спасай, отечество, без лекарств народ пропадет, дай субсидий, дай кредитов, дай госзаказ - дай хоть что-нибудь!" "Вы теперь живете при капитализме, - грозили им пальчиком сверху, - учитесь работать в новых условиях, развивайте бизнес, передовые технологии!"

Повальное акционирование, рейдерские захваты успешных заводов, продажи и перепродажи, разорение - как отрасль выжила в те годы, можно только гадать. На самом деле спасли ее мы, потребители лекарств, покупая в аптеках пусть плохонькое, но свое. Отрасль выжила, но уступила ключевые позиции импорту.

Какой такой протекционизм?

Сегодня больше 70% рынка лекарств в денежном выражении занимают зарубежные препараты, меньше 30 - российские. В товарном все ровно наоборот: 30% - импорт, 70 - наше. Это значит, что наши производители торгуют более дешевым, хотя несут явно больше издержек на хранение, доставку сырья и т.п.

Российские фармпредприятия производят в основном дженерики, то есть препараты-копии, притом по большей части устаревшие и малоэффективные. Износ оборудования - 60%, кадров не хватает. На то, чтобы освоить производство новых лекарств, нужны средства на покупку лицензий, технологий, обучение и т.п. Их не хватает.

Казалось бы, тут бы государству и подставить плечо своим - дать налоговые льготы, дешевые кредиты, обеспечить госзаказ. И такие движения оно время от времени предпринимало - снижало НДС, слегка либерализовало экспорт. Но системой протекционизм не стал. Многие регуляторные требования более либеральны к зарубежным производителям и дискриминационны - к своим.

К примеру, зарубежные производители не должны регистрировать в России субстанции (сырье) для своих лекарств, а наши - должны. Хотя все почти всё покупают в Китае да Индии. Чтобы получить лицензию на производство, наши должны пройти и документальную, и фактическую проверку производства, а зарубежные - только документальную. Чтобы участвовать в аукционах на поставки лекарств по госзаказу, надо зарегистрировать их цены: для наших критерием ценообразования служит себестоимость, а для зарубежных - объемы продаж в стране производителя... И так далее.

Чиновники объясняют: эти преференции появились тогда, когда наша промышленность разваливалась, стране грозил лекарственный коллапс. Но условия давным-давно изменились, а преференции остались. Чиновники выкидывают козырь: зарубежные производители веками доказывали качество и авторитет своих лекарств, поэтому им можно доверять. А тогда откуда к нам завозят бракованные партии лекарств, купленных по дешевке? И как быть с "заграницей" типа Индии или Китая, где фармотрасль не намного старше и лучше нашей?

Сколько стоит регистрация?

На самом деле в руках регулятора рынка (читай - чиновников) много рычагов выравнивания условий для рынка лекарств. К примеру, козе понятно, что для нас выгоднее, чтобы импортеры не ввозили нам готовые лекарства, а строили свои заводы здесь. Налоги пойдут в казну, рабочие места и технологии - нам, конкуренция будет более справедливой. И многие фирмы, с трудом и долгой раскачкой, но все же строили свои заводы в России. Вот тут бы им и меры поддержки.

Однако доходило до курьезов. Одна уважаемая компания за два года построила завод, но так и не успела зарегистрировать линейку препаратов, которые собиралась на нем производить. А в чем, собственно, дело: сроки регистрации по закону не должны превышать 180 дней? Сама бумажная процедура в Росздравнадзоре никаких трудностей не вызывает, если проведены все экспертизы. А вот их объем и продолжительность закон не устанавливает. Как и стоимость - экспертная организация сама устанавливает расценки и сроки. Тут фактическим монополистом является ФГУ "Научный центр экспертизы средств медицинского применения", подведомственное Росздравнадзору. В среднем экспертиза сегодня обходится в 2000 рублей госпошлины и от $10 до 30 тыс. за экспертизы. Только для отечественных производителей эти цифры надо удвоить - им же нужна регистрация и на субстанцию. И попробуй пикни.

Все решит стратегия?

Но вот государство наконец осознало всю серьезность положения - нашу зависимость от импорта лекарств, безудержный рост цен, жалобы населения. Создан Совет по развитию фармацевтической и медицинской промышленности при правительстве России, разработан проект Стратегии развития фармацевтической отрасли до 2020 года.

В ней эксперты проанализировали два сценария развития отрасли - инерционный и инновационный. Первый не сулит ничего, кроме медленного и верного отставания. Второй делает возможным прорыв на 50% рынка. Предполагается выделить на реализацию этого сценария более 177 млрд рублей - более 100 из них пойдут на поддержку инновационных разработок. Остальное - на создание производств, обучение, покупку технологий и оборудования.

Проект и необходимые для его реализации поправки в закон "О лекарственных средствах" проходят согласования. Если не помешает кризис, можно надеяться на серьезные перемены в фармотрасли, а значит, и в наших аптеках. Может, мы наконец слезем с иглы лекарственного импорта. Но для этого предстоит еще разобраться и с коррупционными схемами. А это задача едва ли не потрудней.